.

РусскийУкраїнськаEnglish

07.01.2010
В Украине сегодня Рождество.
Я одна в лагере, все отправились копать, а я дрожу от холода в спальном мешке. На мне почти вся более или менее чистая одежда, так как чистой уже нет. На самом деле у меня в запасе 2 пары носков и столько же трусиков. Не знаю, съела ли я что-то или выпила, но у меня самое ужасное расстройство желудка в моей жизни. К тому же, с одной стороны, «туалет» («парк Серенгети») далеко, а с другой - мне немножко страшно. Мне даже очень страшно, а от этого все внутри живота сжимается.
С утра, которое началось сегодня в 12:45, я приняла несколько печений, много чая и чашку кафе (последнее было ошибкой, признаюсь). Кроме того, на душе жутко и тоскливо, не хочется думать, хочется обратно. Ненавидеть себя, наказывать себя или махнуть рукой, как здесь очень симпатично делают, когда переживают из-за пустяков.
Красота пещеры сегодня укрыта густым мраком и ужасающей, ползучей тишиной. Нигде мне не было так темно и так тихо.
Руми оставила мне свой mp3 плеер, она такая классная. Слушаю 5'nizza и стараюсь не думать. Мне это почти удается. Прямо у меня над кроватью-карематом висят сказочные кристаллы, которые согревают уголок моей души и мне становится нежнее и теплее. Пашка (так здесь перекрестили Павлина) сказал бы: «Ну, прямо тошнит от кристаллов». В «Оптимистической» везде кристаллы – через некоторое время перестаешь их замечать, привыкаешь к интерьеру и просто стараешься его не сломать.J«Пещера решена в кристаллах» – тут я цитирую Руми. Мы все оценили свежесть ее высказывания и долго смеялись. И вообще, несколько простых глаголов хватит, чтобы описать наши основные занятия: спим, едим, смеемся, копаем и все сначала. Мне это нравится.
Если перестану писать, вспомню, что я одна. У меня в животе что-то булькает очень грустно и кажется, что мне надо пойти в «парк», чтобы не разочаровать свои трусики с божьими коровками. У меня есть еще задание: почистить и нарезать большую миску лука, натереть 7-8 морковок. Приступаю.
 
08.01. 2010
Я проснулась первой. 11:45. Зажгла одну из газовых ламп, с другой не управилась. Поставила чайник на малую плиту, так как большая меня немножко пугает. Кажется, что при любом неосторожном движении я могу открыть новую вертикальную галерею или, скорее всего, быстро и неаккуратно вылететь из лагеря. Потом я почистила все пепельницы. Иногда на столе возникает большой бардак после долгих ночей. И стала ждать. Минут через 10 зажегся свет налобника и кто-то легко и внимательно стал подходить – Сережа? Я – «Доброе утро». Он кивнул. Переставил чайник на большую плиту. Прекрасно, скоро можно будет пить чай. А потом этот парень с самыми красивыми глазами и бровями, которые я видела, взял гитару и робко заиграл. Я спросила с удивлением и немалым восхищением: «Сережа, ты умеешь играть на гитаре?» Он опять кивнул. Вот и весь наш разговор☺. А тут и Сашо пришел.
 
День следующий.
Я не знаю какое сегодня число. Кажется, 9 января. Знаю, что сегодня будем копать в последний раз.
Я буду скучать по ведрам, по грязному комбинезону, по свитеру, оригинальный цвет которого трудно узнать даже при дневном свете. В самом деле, мне не так уж мешает отсутствие дня, большого светлого начала в моем окне с нарисованным на нем солнцем, в чьих лучах я как бы рождаюсь. Здесь день начинается иначе.
Но здесь тоже есть свет. И это не только газовые лампы или маленькие налобники на всех, которые разгоняют мрак.
В спальном помещении мы лежим впритык, каремат к каремату. Узнаешь, что уже утро, когда кто-то начинает шевелиться и спрашивает: «Что, уже пора вставать? Который час?» Как обычно, 12 – 12:30. Потом заварка, кипяток и улыбающиеся лица подземных людей.
 
Жоро появился, покашливая. Блонди приснился романтический фильм, с прекрасной любовной историей. Мне ничего не снилось, кажется.
Здесь, внизу, особенно сильно хочется, чтобы тебя обогрели, обняли и заснули тихо рядом с тобой. Я не жалуюсь, я сплю между Илияном и Руми, и из-за некоторой пологости ночлега я примыкаю то к одному из них, то к другому. И мне становится тепло.
 
Только Сашо спит отдельно, мол, у нас места мало. Втиснулся в какую-то нишу и у него теперь нечто вроде самостоятельной комнаты. У него там полка для батареек, для влажных салфеток и даже для конфеток.
Блонди запевает «Я солдат» и я вспомнила, как вчера мы собирались попросить Чаки сыграть эту песню, но гитара рано покинула наш лагерь и отправилась темными галереями в ПБЛ «Паук». Впоследствии эта песня стала неофициальным гимном экспедиции. Другая популярная здесь песня – «Я свободен», во всех ее вариантах. Я люблю ее.
 
Я начинаю испытывать ностальгию по месту, которое не имеет ничего общего с моим домом. Как же это возможно?
Мне раньше даже не приходило в голову, что возможно не просто провести 7 дней под землей без ванной, с ограниченным количеством одежды, но даже влюбиться в эту жизнь, хотеть вернуться сюда, идти, пригнувшись, ползти, ощущать свои мускулы, свое тело – другое и новое; считать синяки, окрашивать себя в цвета земли, чувствовать вкус глины во рту, глотать пыль всухую и наслаждаться всем этим.
 
Я знала, что стану иной, но не могла объять границы этой инакости: что должно переломиться во мне, как тьма спроецирует свою неизвестность на мое сознание и куда она меня забросит.
Я думаю, что я перейду на следующий уровень: более теплая, но более твердая; более грязная, но более красивая и каким-то образом высокая.
Узкие и низкие пространства возвышают дух.
Острые грани чертят мягкие линии. Глина рисует отражения на телах и говорит, нежно дергая струны старой деревянной гитары. Как в грязной сказке о светлых чудесах.
 
Последнее:
Выхожу с первой группой.
Завтрак (вчерашний суп) я пропускаю, мой желудок оказался слишком нежным и отказался принять и переварить жидкую пищу в таком количестве. Наверху я питаюсь похуже – почти всухомятку, полу-холодными полуфабрикатами. Утром обычно пью кофе – 1-2-3 чашки. А здесь – украинский черный чай, который сам по себе прекрасен, только иногда чаинки заплывают в рот. Их легкое касание возвращает мне чувство реальности бытия.
Здесь я считаю калории в майонезе и выбираю более высокие значения в отличие от поверхности, где я покупаю обезжиренные продукты. Это скоро изменится.
Я люблю свое тело больше, чем раньше. Его я тоже люблю больше. Все немножко выше, чем раньше.
Пещера оглянулась в меня, а я оглянулась в ее кристальное лицо. Наши взгляды встретились; я вошла в нее, но и она в меня.
Только я вышла чуть грязнее, а она осталась чистой и даже чуть кристальней.
 
В заключении:
Открылось 100 метров новых частей, а я пролезла в прекрасную часть своей затерявшейся сущности. Оптимистически говоря.
 
Таня Констадинова. Болгария. София

 

Лента последних новостей

 

 Новые районы в пещере Оптимистической !!!

читать дальше >>>

Покушение на жизнь!

Отстаивание пещер под дулом пистолета.
Читать дальше>>>


Музей спелеологии

Мы обращаемся ко всем с большой просьбой!
Если у вас или ваших знакомых есть старое снаряжение, экспонаты связанные с эволюцией света или старые горелки-примусы пожалуйста свяжитесь с нами и передайте их в музей.читать дальше>>>


Зачем чиновникам пещеры?

altНПП Днестровский каньон, как следовало ожидать, не только рейдеры, но и полные бездельники. Всем известен факт про то, как рейдерскими способами...

итать дальше >>>





Сейчас 19 гостей онлайн

ЗУРСГС Сайт спелеологов »


Погода в Королевке »

КОНТАКТЫ »

Контакты

Экскурсии в пещеры »

Статистика »

Сегодня280
Вчера437
На этой неделе2931
В этом месяце12491
Всего639780